л_и_н_и_я_ _о_т_р_ы_в_а (expozito) wrote in srn_su,
л_и_н_и_я_ _о_т_р_ы_в_а
expozito
srn_su

Categories:

“Фашизация” России: завтра или раньше

«Русский Фашизм страшнее немецкого» (М.Е.Швыдкой)


Призрак бродит по России. Призрак «Русского Фашизма». Как верно замечает А.Смирнов: «Тема фашизма сопровождает политическую жизнь нашей страны с начала перестройки. Ярлык фашизма регулярно используют как дубинку для расправы с неугодными оппонентами. В «фашисты» последовательно были записаны писатели-почвенники, практически все хоть сколько-нибудь заметные деятели оппозиции, независимо настроенные представители культурного авангарда. Одно дело, когда этим грешили представители россиянской либеральной «элиты», отличающиеся чудовищной безграмотностью вкупе с поразительным самомнением. Но последние годы на этой ниве подработали и некоторые уважаемые европейские интеллектуалы вроде Умберто Эко, который в своём теоретическом тексте «Вечный фашизм» сумел сформулировать модель, по которой в фашизм можно записать многие формы консервативного мiровоззрения, в том числе и философию традиционализма» («Завтра» №52′2005). Это с одной стороны. С другой стороны — Русский Фашизм превратился в многолетний ночной кошмар с холодным потом для многомастных господ-русофобов. Высказывание бывшего местечкового министра культурки РФ г-на Швыдкого насчёт того, что «Русский Фашизм страшнее немецкого» стало уже вполне хрестоматийным. Недавно своего россиянского коллегу дополнил матёрый русофобище Збышек Бжезинский, заявивший, что наибольшую опасность для «нового мирового порядка» представляет «фашизация России». Оттого-то «антифашизм» возведён ныне на уровень «национальной идеи» антинациональной власти РФ. Как «изящно» выразился известный «придворный» кремлёвский политтехнолог Г. Павловский, «антифашизм является нашей национальной ценностью, которая находится в нашей стране вне дискуссии».

Спроста ли это? Полагаем, что нет, неспроста. Ежели заклятые враги России так боятся её гипотетической пока «фашизации», то для друзей России, и уж тем более для самих Русских, благотворность означенной «фашизации» должна быть очевидна.

Задача «фашизации нации» впервые была сформулирована в Италии Муссолини. «Мы хотим фашизировать нацию», — провозгласил Дуче в июне 1925 г. на V съезде фашистской партии. «Содержание этого лозунга многослойно, — комментирует современный исследователь проблемы. — Оно включало в себя как минимум три основных компонента: во-первых, формирование всеохватывающей сети массовых организаций, обеспечивающих непосредственное соприкосновение индивида с фашистской идеологией и практикой; во-вторых, культивирование в обществе «новой нравственной системы», основанной на самоидентификации личности с всевластным корпоративным государством… выражающим «высшие интересы нации» и обеспечивающим «свободное развитие граждан»; в-третьих, насаждение «нового стиля жизни», соответствующего требованиям «эпохи Муссолини». Все три компонента преследовали цель воспитания «нового человека» — фашиста по убеждению, духу и стилю поведения. В этом состоял смысл «фашизации нации»…» (Л.Белоусов. Режим Муссолини и массы. М., 2000).

В перечисленной триаде компонентов «фашизации», безусловно, наибольшей важностью обладает третья составляющая: формирование нового стиля жизни. Сие настолько важно, что сам Фашизм, столь трудноуловимый для однозначных дефиниций (что отчасти показано выше А.Смирновым), следует понимать как прежде всего стиль. «Фашизм как стиль» — одно из наилучших определений Фашизма, предложенное известным исследователем консервативно-революционных движений Армином Мёлером (см. одно из последних переизданий его работы: А.Мёлер. Фашистский стиль // Реванш №1′2004). «Фашисты, — замечает он, — легко смиряются с теоретическими несоответствиями, ибо восприятия они добиваются за счёт самого стиля… Стиль господствует над убеждениями, форма над идеей». Характерны слова германского поэта национал-социалиста Готтфрида Бенна, провозгласившего в 1933 г. (году победы НС-революции в Германии): «Стиль выше истины!». Характерен также пример крупнейшего итальянского поэта и воина Габриэле Д’Аннунцио, оказавшего мощное влияние на формирование эстетики итальянского Фашизма. Многие идеологи Фашизма рассматривали творчество, Д’Аннунцио (в том числе и жизнетворчество — его авантюрную фьюманскую экспедицию) в качестве источника новой этики, символики и патриотического стиля (см. напр.: G..Ferrero. Da Fiume a Roma. Milano, 1923).

Муссолини говорил: «Мы хотим, чтобы завтра об итальянце говорили «фашист» столь же естественно, как сегодня говорят, что он католик… Лишь создав новый образ жизни, то есть способ жить, мы сумеем вписать страницу в историю, а не только в хронику событий. Каков же этот образ жизни? Прежде всего, смелость, отвага, любовь к риску, отвращение к сюсюканию, готовность дерзать… презрение ко всему чуждому, прямота во взаимоотношениях, разговор в полный голос, а не шёпотом, чувство гордости от принадлежности к итальянской нации, дисциплина в труде и уважение власти». По мысли Дуче и его соратников, в результате «фашистской революции» в морально-политической области должен был возникнуть новый «духовный порядок века», в центре которого будет находиться «человек фашистский», чьи образ мышления, состояние духа, менталитет полностью противоположны обанкротившемуся типу «человека буржуазного». В противоположность «буржуазному человеку» фашистскому типу человека чужды эгоизм и погоня за прибылью, он презирает комфорт и уют, воспринимает жизнь как исполнение высшего долга, он трудится и сражается во имя величия Нации, смело идёт на обдуманный риск… Данная антитеза распростирается настолько далеко, что, по слову самого Муссолини, «весь комплекс наших повседневных привычек должен быть преобразован: наши манеры есть, одеваться, работать и спать». Да, даже «спать» фашистский человек должен иначе, нежели «человек буржуазный» (да и «человек пролетарский», подобосущный «буржуазному» по своей отчуждённости от Духа и погружённости в материальное).

Указанный подход разделялся всеми европейскими консервативно-революционными движениями, родственными итальянскому Фашизму. Так, Вождь германских национал-социалистов заявлял вполне однозначно на съезде своей партии, на «съезде победителей», вспоминая те времена, когда в Германии появилась «новая сила», культивирующая «новый стиль» в политике: «2 сентября 1923 года, т.е. пятнадцать лет тому назад… над Нюрнбергом впервые развевалось знамя со Свастикой. С этого момента уже нельзя было скрыть, что на политическую арену Германии выступила новая сила. В этой партии всё было ново и чуждо для окружавшей её среды: манера держаться, состав, способы пропаганды и внешность национал-социалистов» (см.: Демократия и большевизм: речи Адольфа Гитлера, Альфреда Розенберга и Германа Геринга на Нюрнбергском конгрессе Национал-социалистической германской рабочей партии 5—12 сентября 1938 года. Берлин: «Новое Слово», 1938*).

Итак, желаемая «фашизация» России — это вовсе не заимствование опыта построения концлагерей и даже не заимствование элементов программы NSDAP, PNF (Il Partito Nazionale Fascista — Национальная Фашистская партия —официальное название правящей партии в фашистской Италии) или Испанской Фаланги, но прежде всего — культивирование в России иного антропологического типа, любящего Россию, исполненного чувством долга перед нацией, чуждого эгоизму и потребительству — типа «Homo Fascisticus», «человека фашистского». Те же, кого мы видим сегодня вокруг себя, — сформированные продажными политиканами и заражённые вирусом культа потребительства, способны лишь на то, чтобы погубить самую духовность, как основу качественной определенности России.

Крах так называемого «патриотического движения» позднесоветского и ельцинского образца служит блестящим подтверждением сему. При том, что в означенном движении циркулировало не так уж мало дельных «программ», люди, сконцентрированные в нём, отнюдь не изобиловали ни «любовью к риску», ни «прямотой», ни прочими героическими добродетелями «человека фашистского». Что относимо равно как к руководящим кадрам, так и к рядовым чиновникам. Во всей неприглядности оно продемонстрировало нам и «продажное политиканство», и заражённость «вирусом потребительства», и сектантскую параноидальность, и просто генетическую неполноценность. Нужны новые люди. Ежели угодно, «патриоты нового призыва». Призыва, всё слышнее звучащего марша откуда-то из подпочвы Руси.

Один из ярких представителей «независимо настроенного культурного авангарда» —Сантим из группы «Банда Четырёх» чутко уловил маршевую музыку «похода на Третий Рим», приближающегося Русского Фашизма: «Но тишину нагревают / Ещё еле слышные марши / И мелодию их узнают / Завтра или раньше!».
отсюда: http://opponent-info.ru/2006/05/01/fashizaciya-rossii-zavtra-ili-ranshe/

Есть ли фашизм в России?
http://community.livejournal.com/srn_su/42336.html
Tags: антиэлита, идеология, фашизм
Subscribe
  • Post a new comment

    Error

    default userpic
    When you submit the form an invisible reCAPTCHA check will be performed.
    You must follow the Privacy Policy and Google Terms of use.
  • 5 comments